кази-ахмед трактат о каллиграфах и художниках
 
 

Кази-Ахмед
Трактат о каллиграфах и художниках

Перевод и предисловие Б.Заходера

О лучших каллиграфах
(продолжение)

Предыдущая       Следующая
Оглавление

 Хафиз Баба Джан. Он также прекрасно писал и хорошо играл на лютне1. Некоторые считали его соперником прежнему мавлана Абд аль-кадиру2. Он работал также по инкрустации золотом3. Его брат хафиз-Абд аль-Али Турбати пребывал на службе у покойного государя Хусейн-мирза-и-Байкара. Они из благословенного селения Турбат попали в Ирак и обосновались в Ираке. Мир-Сани Нишапури хотя был из поэтов своего времени, но писал почерком насталик весьма со вкусом и прекрасно4. Стихи его известны, а его диван [собрание стихов] всюду переписывается. Эта газель принадлежит ему:

 

 Нас сильно измучила ночь скорби.

 Где утро? Ведь наше зеркало заржавело!

 Ныне не распустился для меня мой улыбающийся бутон.

 Где, с кем его сердце, которое отвратилось от меня?

 Любовь к моей луне зажгла огонь в сердцах соперников.

 Я сгораю от того пламени, что даже занялся в камне.

 ……………….. 5

 Усвоилось свойство птиц, поющих перед утром. 6

 

 Мир Сани вел себя подобно дервишу и подвижнику-аскету, был отменен в добронравии, тонкомыслии, несравненен в собеседовании и манерах обращения; под конец он попал из Хорасана в Ирак, а из Ирака ушел в Азербайджан и поселился в стольном городе Тавризе. Он предался сердцем покойному мирза-Абд аль-Хусейну, племяннику [по брату] мирза-Сати, мухтасиба7. В этой дружбе его дела пришли в расстройство, в том опекаемом месте он скитался подобно безумцу. Как мотылек, сгорел в молодых годах в огне чувств, в короткий срок улетела птица души его и перенеслась в иной мир. Его похоронили против дверей дома его друга - внизу постройки Джиханшахи8. Остроумцы того времени сочинили эту хронограмму и написали на камне башни.

 

 ХРОНОГРАММА

 

 Мир Сани - накрытый стол острых смыслов,

 Тот, от которого сиял свет любви,

 Постоянно его образом действий была любовь.

 О, господи, да будет жилищем его Синай любви!

 Год даты его смерти двумя способами

 Я сплел из выражений "страсти к стихам" и "волнения любви"9.

 

 Мир-Мухаммед Хусейн Бахарзи10 - [один] из учеников мавлана Касим Шадишаха. Он из видных сеидов селения Зарэ в Бахарзе, из детей мир-Сании11, который был некоторое время везирем опочившего государя султан-Хусейн-мирзы. Его писание очень зрелое, со вкусом, он писал красивее, чем большинство писцов Хорасана. Несколько лет во времена шаха, пребывающего в раю - чья обитель рай, - он находился в стольном городе Казвине, где был день и ночь в обществе и дружественных отношениях со столпами победительной державы, проводил время приятно. Затем он пожелал возвратиться в Хорасан, изволил переселиться в свое место жительства, приступил к занятиям земледелием и хозяйством. Во время хорасанского междувластия он разорился; в те дни он и упокоился - на него милость от возлюбленного бога! Мир-Мухаммед Хусейн был до чрезвычайности родовитым, благородных качеств и очень общителен. Он хорошо также сочинял стихи. Вот эти принадлежат ему:

 

 Блаженна та, от огня любви к которой загорелась моя рубашка,

 Не смогут более шипы порицания разрывать мой подол12.

 Не знающий о дыме опьянения, шейх, нам запрещает,

 О, если бы он выпил один глоток, чтобы добыть хал13.

 О, господи, горесть неизбежного удаления доколе?

 С болью и горестью разлуки терпение доколе?

 Мы - от тебя далеко, а близки к умиранию,

 Мы близки к умиранию, удаление доколе? 14

 

 Мир-Махмуд Аризи был из сеидов, истинных по происхождению, "аризи", города правоверных Сабзавара, из видных царских людей. Очень красиво писал. Так как он не испытывал нужды, то мало занимался работой. Он принадлежал к людям собрания господина султанов, справедливейшего из хаканов - да осветит бог его могилу! - и имел полное приближение.

 Хафиз-Камал ад-дин Хусейн Вахид ал-айн [с одним глазом] происходил из стольного города Герата. Он хорошо писал насталиком и делал среднее из письмен "шестерки", хороший мастер по ляпис-лазури15. Из Хорасана он попал в Ирак, некоторое время жил в городе правоверных Куме. Он прекрасно читал Коран. Из Кума он попал в высокую свиту и в сем наиблагороднейшем собрании на него возложили чтение Корана. Он говорил: "Мне не подобает чтение". Он был дервишем и смиренным. Шах, обитающий в раю, чье жилище рай, изволил ему пожаловать палатку, коня, верблюда, сбрую и снаряжение. Он не принял и не соблазнился. Он одевался в войлок и пешком пускался в путешествия, обладал полным талантом в науке о философском камне. Затем из Ирака он возвратился в Хорасан и умер в священном, пресветлом Мешхеде в 964 году16.

 Мавлана Салим Катиб был одним из сыновей слуги покойного садра эмир-Джамал ад-дин Мухаммед Астра-бади (Мир-Джамал ад-дин Мухаммед Астрабади был назначен на .должность садра в начале правления шаха Тахмаспа в 1523/24 (930) г. 17. Отец его - абиссинец. Так как у него были природные способности, он преуспел в искусстве письма, стал мастером в письме, не имел соперника в цветном письме, был хорошим составителем кита и писцом, и в писании его считают соперником мавлана султан Мухаммед Нура. Он всегда проживал в священном, светлом Мешхеде и там скончался18. Он имел также талант к стихам, и этот начальный стих принадлежит ему:

 

 О, господи, выброси из мира неприемлющих, несколько,

 Обрати главой в пустыню небытия нескольких диковинных гулей. 19

 

 Мавлана шах-Мухаммед Катиб был его учеником. Он происходит из священного Мешхеда. Писание его было не хуже писания его учителя мавлана Салим. Он также сочинял стихи, сделав своим прозванием "Вакифи" 20

 Эта газель принадлежит ему:

 

 Тебе понравилось мучительство над моей душой, о луна!

 Ты проявила верность, да благословит тебя Бог.

 Соперник, равный качествам с собакой, в пустыне отъединения

 Стал скитаться в бедственном положении, слава Богу!

 У меня в сердце стали узлом желания

 От тех длинных кудрей и короткой жизни.

 Никто не слышал от побледневшего отшельника

 Ничего, кроме бессодержательного разговора.

 Когда мне, подобно Вакифи, станет стыдно

 Нищенствовать у дверей знающих сердец. 21

 

 Он употреблял опий и умер в священном Мешхеде.

 Мавлана Мухаммед Амин, мешхедец по происхождению, был из учеников мавлана шах-Мухаммеда 22. Его каллиграфические способности развились очень быстро, он обладал совершенством, красотой и изяществом. Уехал в Индию.

 Мавлана Айши - один из признанных писцов стольного города Герата. Он хорошо работал, писал манерой мавлана султан-Нура. Из Герата он прибыл в священный, наисветлейший Мешхед и был в благоустроенном китаб-ханэ царевича людей, победоносного султана Ибрахим-мирзы, - да прейдет господь от его грехов! - совершал писание, был обладателем всяческого содержания и подарков. Мавлана также был опиоманом. Хорошо сочинял стихи. Эта газель принадлежит ему:

 

 Судьба в своем тиранстве не дала мне дороги на твой пир.

 Я очень старался, но счастье мне не стало помогой.

 Когда они, подобно мне, плакали и рыдали у ее дверей,

 Она не дала этим несчастным средства от плача и печали.

 Унижение, что претерпело сердце от шипов пустыни упреков, -

 При этом унижении она мне не дала почета царства двух миров.

 Я сказал ей: сердце жаждет свидания с тобой, а не ночного бдения,

 Она унесла сон беспечности, и не дала пробуждения

 Если султан любви дал нам стремление к свободе,

 Она не внушила иного желания, кроме желания быть пленником.

 С тех пор, как ты, Айши, стал опьяненным от кубка любви того солнца,

 Кравчий времен не дал тебе трезвости от того вина. 233

 

 Он упокоился в священном, пресветлом Мешхеде 24.

 Мавлана Абд-аль-хади был шурином и учеником мавлана Малика.

 Он обладал страстью к изучению наук, прекрасно писал крупное писание, совершал подрезку калема чрезвычайно откосо и был признанным поэтом. Он - превосходен в искусстве стихов; эта газель - из его стихов:

 

 Ты сказала мне, что ты не питаешь такой привязанности, как я

 У тебя также нет такого пленения, как у меня,

 Как же ты можешь знать о тоске у снедаемых любовью?

 Ведь ты не имеешь в сердце жгучего клейма влюбленности.

 Как ты поймешь мое сердце?

 Ведь ты не имеешь в сердце привязанности, как я.

 Станет явным, когда я умру в верности к тебе,

 Что, подобно Хади, ты не имеешь верности. 25

 

 Сочинители ................. 26 эту газель в Нишапуре ............ 27 мавлана............ 28имел в музыке полный талант, был хорошим композитором. Диван его газелей содержит около двух тысяч стихов. Он упокоился в Казвине в 967 году 29.

 Его высочество, чье прибежище - милосердие, Абу-ль-Фатх султан-Ибрахим-мирза из числа мастеров в письме. Его высочество мирза, хотя некоторое время брали обучение у мавлана Малика, но так как разумение, врожденные природные достоинства того величества ..... ............. 30, то наивысочайшее превосходительство был проницательностью равен Меркурию. Они изволили упражняться по письменам и кита мавлана мир-Али, в короткий срок преуспели, стали писцом кита, писали крупное очень привлекательно, прекрасно и со вкусом, - их кита увозили по сторонам и округам вселенной, а иной раз они изволили писать мелко и тоже в чрезвычайной элегантности и свежести.

 

 Его почерк, как пушок красавиц, сердцеобольстителен,

 Из сердца уносит покой и из души терпение;

 Его перо является тем прихотливым волшебником,

 Который на лицо дня набрасывает кудри ночи.

 Когда он стал от колдовства чародеем,

 То от каждого запутанного дела он развязал узел. 31

 

 Сей нижайший не видел никого таким ревнующим и взыскующим по письму мавлана мир-Али, как этого, разного по достоинству Марсу, никто больше не собрал из писаний мир-Али, чем та наивысочайшая превосходительность. Мнение сего купленного за деньги раба, того равного по достоинству раю, таково: без преувеличения половина того, что мавлана мир-Али в течение жизни написал во всяком виде, находилась в благоустроенном китаб-ханэ того светоча очей мира и мирян. Тому царевичу принадлежало несколько томов муракка, которые мавлана мир-Али написал и оставил в наследие для обеспечения своего последнего дня и для путешествия в Хиджаз, вместе с кита, некоторыми из списков и книг.

 Утверждение писанием достоинств и способностей, талантов и совершенств того похвального по качествам - беспредельное море! Это не может быть делом ни одного летописца! Истинно, если бы воскрес Сахбан 32 и обрел бы жизнь Ибн-Мукла, - и они не смогли бы справиться с упоминанием десятой из десятой доли. Если же теперь или впредь появится кто-нибудь, принимающий на себя такую обязанность, найдет время и досуг, то потребуются тома для составления тех глав. Но так как сей давний слуга, являющийся слугой-рабом и сыном слуги-раба того сборища добрых качеств, получил развитие и воспитание на службе и в рабстве того ларца перлов султанатства и талантливости, то вот он привел немногое общее из того длительного, исполненное краткости и сокращенности, в пятом [?] томе 33 книги "Маджма аш-шуара ва минакиб аль-фудала", сей раб указал и написал относительно великолепности, немного о радостных и приятных днях из времени того, равного по достоинству Плеядам, также в пятом томе книги "Хуласат ат-таварих", написанной относительно событий султанов Сефевидов и семейства, ведущего свое происхождение от Муртаза. С тех пор как небосвод открыл свой глаз, никогда он не видел ни одного [более достойного] в отношении собрания добродетелей, тонкомыслия, талантливости и разумности, чем тот ангелоподобный. Перечисление добродетелей, достоинств, высоких совершенств и доблестей того равного по достоинству Джаму, чье обиталище - рай, - дело невозможное, так как они [достоинства] неисчислимы и неперечислимы. Они вместили в себя все знания, постигаемые разумом и переданные [по традиции]; они стали вместилищем всех производных и основ. Они всегда имели прилежание в чтении слова всеведущего. Чтение "ушарэ" и науку чтения Корана они проходили у покойного шейх-Фахр-ад-дин Таи и его отца щейх-Хасама, исследуя науку о мужах [веры] и расследуя книги преданий о пророке и имаме; они изволили осведомляться в истории и науке генеалогий. В отношении натурфилософии, теологии и медицины они были Каноном 34 времени и причиной отставания всех. В отношении математических наук, по части космографии, математики, астрономии и музыки они были мастером, талантом и сочинителем. Картины и портреты того солнцеликого царевича упоминаются всеми современниками, известны в населенной четверти мира. В поэзии и стихотворчестве они были сладкоязычны и правильно-изъяснительны. Они изволили избрать своим прозванием Джахи в соответствии с шахским достоинством; они сочиняли персидские и тюркские стихи, в тех и других много говорили относительно кравчего. В науке метрики и рифмы они были сами мастером, - существует диван их произведений приблизительно в пять тысяч стихов всякого рода. А эти стихи написаны как благословение:

 

 Не умилосердствовал ось надо мной злолюбие времени,

 Подконец отбросило далеко от того праха порога.

 Та сведущая луна, что милостива к пленникам,

 Я не знаю, знает она или нет о моих обстоятельствах 35.

 

 И еще:

 

 Я пришел с сотней надежд, но не знаю, когда снова

 Произойдет наше сообщество, о, злолюбовная. 36

 

 И еще:

 

 После тысячи ночей, когда ты достиг пиршества,

 Джахи! - удача! Не отводи от нее глаз! 37

 

 И еще:

 

 Джахи! Постарается, может быть, тусский мученик

 Да придет мне от глины Сабзавара вечный покой. 38

 

 И еще:

 

 От жестокости не стони, Джахи, не хорошо нетерпенье,

 Даст бог милосердие сердцу нашего государя. 39

 

 И еще:

 

 Доколе говоришь, что во сне твоем ночью приду,

 Доколе во сне ты заставляешь бодрствовать мои глаза. 40

 

 РУБАИ

 

 Ты, кокетка, мой смертельный враг, пока,

 Без любви, словно непостоянная судьба, пока,

 Хотя нет сил от блеска ее появления у меня.

 У меня в жилье - тебя нет, пока.

 

 Ни один из султанов и хаканов не обладал более цветущим китаб-ханэ, чем тот могущественный царевич; большинство прекрасных мастеров письма, живописцев, художников, орнамента листов и переплетчиков совершали службу в том месте. Из поэтов хаджэ-Хусейн Санаи Мешхеди "второй Хакани" 41 были в услужении того мирзы. Около трех тысяч томов книг и списков было собрано в китаб-ханэ того света сада и светоча зрачка. Они не имели равного и подобного в создании загадок, в эпистолярном искусстве; секретари - Меркурии по достоинству - были воспитанниками школы того, чье обиталище - рай. Все благородные беседы его были остроумны, а прекрасные его речи - удивительны. Его натура стремилась к приятному, была склонна к веселью и радости. Должно быть записано и занесено все, что исходило из рассыпающих перлы и жемчуг речей того славного. [Таков, например], ответ на послание нескольких поэтов, как-то: мавлана Лутфи Исфахани, мавлана Мейли Харави, мавлана Шарафа Хаккак, мавлана Харфи 42, мавлана Камала Шуштари, мавлана Шуури Нишапури, хаджэ Ахмед Мирака Суфи Мешхеди. В священном, пресветлом Мешхеде они обратились с письменной просьбой к его высочеству мирзе, редкости века, разрешить взять с собою на прогулку мавлана Касима Кануни. А его высочество мирза называл мавлана Касима в разговоре "душа моя". Так вот они начертали благословенным пером такое послание: "Душа моя" проявила милость [лутфи] в том, чтобы совместно с поэтами всюду, куда они ни возымели бы желание [мейли], они шли бы на прогулку, признавали бы своим почетом [шараф], не говорили бы ни одного слова [харфи] в извинение и чтобы они не произносили "совершенство [камал] - безумие [би-шуури] и далеко от дела суфия [суфи]".

 В критике стихов они были разрешением поэтических тонкостей, знатоком тонкой мысли, по суфизму и в страсти "вторым Хакани", "Мавлана-Манави" 43, "мир-Хосровом Дехлеви". Из поэтов последних времен они отдавали полное предпочтение стихам мавлана Лисани Ширази, 44 называя мавлана отцом и величая "баба". Они изволили выбрать пятнадцать тысяч стихов из полного собрания баба-Лисани, никогда не расставались с ним, постоянно читали эти стихи своим вдохновенным голосом в соответствии с экстазом и наитием.

 

 Я никогда не огорчил ни одного муравья,

 Это султанатство равно царству Сулеймана. 45

 

 По смелости и храбрости они уподоблялись Муртаза, по горячности Хайдару, грозностью походили на Исмаила 46. По эскизам тушью и живописному изображению они вызывали в памяти образ Мани и мастера Бехзада Харави. Они не находили себе равного по игре в поло, гоньбе кабака, метанию стрел.

 

 В поло он, когда нападал по-турецки,

 Мячом играл, как головою врага. 47

 

 В ружье они довели упражнение до того, что пуля не стремилась в иное место, кроме как в цель. В плавании они изволили двигаться, подобно судну без якоря по лону вод, словно рыба двигались, и в таком состоянии они стреляли из лука, а на руке вращали балансир. Из [музыкальных] инструментов они одобряли тамбур и играли на нем чрезвычайно хорошо. В шахматы играли, не глядя на доску. У них были золотые руки в поварском искусстве, в изготовлении европейских лакомств, в печении "грузинского хлеба", в приготовлении приправ к мясу, других сладостей, варений, разнообразных кушаний. Они были мастером и в других искусствах, как-то: в вырезании зихгира 48 устройстве стрел, гранильном искусстве, гравировании, ложечном деле, шитье перчаток для птичьей охоты, устройстве тамбура, переплетном деле, орнаментации-золочении рукописей, розбрызге, портретном деле, окраске и золотом деле. Его благородная природа и превосходный разум к чему ни прикасались, в том имели мудрость основополагателя. Никакое занятие, ремесло или искусство не избежали его руки. Мастера всяческих искусств получали в качестве учеников обучение и инструкции от той сущности времени. Несмотря на царское происхождение и возвышенность величия, они никогда не позволяли неуважительности в силу пышности и значения, избегали таких положений. Они постоянно находились в обществе бедняков, отшельников и дервишей, признавая такой образ поведения лучше, чем роскошь и султанское величие. Любовь и страсть его были, пожалуй, еще лучше, чем все занятия и таланты; они тратили все благородное время на любовь к юным и стремление к тюльпаноликим, как сами изволили указать о том:

 

 Маджнун - бродяга, Горокопатель 49 - жестокосерден,

 Джахи положил в мире обычай и правила страсти.

 От праздности, радости веселия, наслаждения..... 50

 

 В отношении красоты нрава, привлекательности выражений и оборотов речи, милости и сострадательности ко всем тварям они походили на великих предков и благородных дедов. Во время гнева, дурного настроения и раздражения не доводилось слышать пустых слов и оскорбительных речей от благожелательного языка того светила зодиака халифатства. Всякий, кто служил той самой избранной сущности рода Муртаза, тому идеальному образцу семейства сефевидов, наблюдал обстоятельства, качества, нравы и манеры славного, равного в достоинстве Сатурну, не видел более лика радости и не знал веселия, после того убиения и того тиранства, которые пали благодаря неустройству вероломной судьбы на лучшего из праведных. [В то время] благородный возраст того наивысочайшего превосходительства, высоко-славного, был тридцать четыре года, соответствуя жизни величественного его деда, славного государя вечной памяти, султана шаха Исмаила 51 - да осветит бог его могилу! В расцвете молодости и юности, во времена веселия и радости, в полноте жизни и бытия он изволил отойти из этого тленного мира во дворец вечности по воле неба и с глаз вращающегося небосвода.

 

 О, Господи! мы горюем о его жизни,

 Вечно с болью оплакиваем его,

 Излагаем боль сердца и тоску по нем

 Или сокрушаемся по его добродетели и молодости. 52

 

 В непродолжительное время от злополучных дней, после периода распознания осуществилось приобретение всех этих [нынешних] совершенств, споспешествований, божьих милостей и беспредельных благодеяний! Но во время побоища царевичей, каждый из которых был созвездием с неба султанатства и наместничества, сочинили это рубаи согласно языку обстоятельств тех печальных дней и периоду прохождения через текущее время:

 

 О, сердце! Так как твое седалище - сей дворец,

 Не сиди беззаботным на месте прохождения потока бренности.

 Поодиночке ушли все спутники,

 Не успел ты сомкнуть глаза, как уже наша очередь. 53

 

 Проявление того страшного ужаса, случай несчастья произошел в городе скорбей, Казвине, в конце дня в воскресенье, пятого числа месяца зу-ль-хиджэ 984 года 54. Дочь того царевича изобилия подезностей Гоухар-шад-бекум приказала перенести благословенные останки его к воротам моря познания и истины, в священный, пресветлый Мешхед - его похоронили во вратах святилища и почитаемого цветника; место своей могилы они указали сами, ранее в дни жизни и управления священным, высоким Мешхедом. И вот странность: в том самом месте их последней воли появилось водохранилище [сардабэ], которое обладало совершенством чистоты, опрятностью и светлостью, было свободно от всего.

 Красноречивейший из последующих мавлана Абди Джунабади 55 - над ним милость господня! - сочинил хронограмму относительно того события:

 

 Роза цветника Хейдара Каррара, 56

 Отпрыск рода Ахмеда 57 - Ибрахим,

 Он прикасался своим венцом о небо, когда сложил

 В обиталище Ризы голову подчинения.

 Во время ухода из этого дворца тщеславия,

 С верным сердцем и беспорочным естеством,

 Он сказал о хронограмме: годом моего убиения

 Напишите: "убит Ибрахим". 58

 

 О, господи, соедини его [в день страшного суда] с тем, кто нарицаем Абу-ль-Хасан, имамом, которому мы обязаны повиновением, обязаны чистотой - над ним божье благословение! - и пройди мимо его проступков и преступлений!

 Мавлана Яри Харави Катиб происходил из Герата и был несравненен в писании. Он не покидал Герата, не совершал путешествий. Он - из [числа] знаменитых, признанных писцов Хорасана. Хорошо сочинял стихи. Упокоился в Герате. Мир-Муизз ад-дин Мухаммед 59 происходил из сеидов "хусейни" города веры Кашана, был чрезвычайно экстатичный, не заботился о завтрашнем дне, большую часть времени занимался голубями. Он вознес мастерство письма до такой ступени, что стал лестницей его. Писал прекрасно крупно и мелко. Его писания купцы по большей части вывезли в Индию. Он также хорошо сочинял стихи. Эти стихи принадлежат ему:

 

 Тот цветок он поранил клеймом своей руки,

 Никогда никто не сделал этого дела своей рукой. 60О, ты, в честь славного имени которого во всех обстоятельствах

 Подняли знамя сана и величия!

 В твоей ставке счастье от сонма рабынь,

 У твоего дворца удача от войска рабов. 61

 

 Он умер в 995 году 62.

 Мавлана Мухаммед Хусейн был сыном покойного мавлана Йнайат аллаха Табризи. В начале дел он пришел в священный, пресветлый Мешхед, упражнялся и обучался в услужении мастера мир-сеид Ахмеда Мешхеди - милость на него господа! В короткое время он преуспел, так усовершенствовал свое письмо, что уподобил его работам мастеров 63. Оттуда он прибыл в Ирак; во время правления шаха Исмаила II ему было поручено заведывание по устройству надписей на зданиях благословенного дворца и дворцовых служб покойной Пери-хан-ханум. В дни юности он покинул сей тленный мир.

 Мавлана Баба-шах происходил из Исфахана; он также - из выдающихся мастеров письма. Больше всего он занимался копировкой, писал весьма со вкусом. Он ушел к возвышенным могилам, степенью равным райскому лотосу, некоторое время работал в городе ислама Багдаде; там и умер в 996 году 64.

 Мавлана Мухаммед Риза Чархтаб 65 Мешхеди - из выдающихся учеников покойного мир-сеид-Ахмеда, пишет весьма прекрасно, он из признанных мастеров письма, занят писанием в городе благочестия Иезде.

 Иса-бек был сыном Мухаммеда-скорохода 66, который был из скороходов государя, завоевателя стран, вечной памяти султана - шаха Исмаила, упокоившегося - да освятит бог его могилу! Он служил некоторое время стремянным шаха, чье обиталище в раю, был чрезвычайно достойный и способный, прекрасно писал стилем насталик. Большую часть кита работал цветными, и кита своего письма отдавал людям.

 Мавлана Мухаммед Заман; хотя род его был из города веры Кирмана, но он родился и воспитался в стольном городе Тавризе; он пишет письмом "табризи"; весьма деликатно, зрело и со вкусом пишет.

 Мир Халилаллах Хусейни - дядя сего нижайшего. Он хотя вначале упражнялся в письме таликом, [но] после тридцати лет перешел на насталик. Когда он пребывал в священном, высоком Мешхеде на службе царевича, украшающего мир, Абу-ль-Фатх султан-Ибрахим-мирзы, - милость господня над ним! - то был из приближенных и особо близких тому, чье обиталище в раю. Во время придворной службы его величеству, чье прибежище - милосердие, он положил начало упражнениям в насталике, упражнялся подле мастера мир-сеид-Ахмеда Мешхеди, - на нем милость! - наставление в письме брал у мира, стал от множества упражнений, трудов, стараний мастером в письме; чрезвычайно хорошо писал крупное; письмо его было чистое и со вкусом. Он был выдающимся в отношении отваги, воинских упражнений, метания стрел, игры в "кабак" и "чоуган". В искусстве стрельбы из ружья дошел до того, что он всегда попадал в цель; в игре в "чоуган" и гоньбе "кабак" был сотоварищем с его высочеством мирзой; они похищали мяч первенства и превосходства у других таджиков. Он в равной степени отдавал время и мячу и калему. После смерти изобильного пользами царевича они не делили сообщества ни с кем другим, отвратили взор от всего и занялись в Кумской области земледелием, послушанием и набожностью, изволили избрать угол затворничества. Они также хорошо сочиняли стихи, и этот начальный стих принадлежит им:

 

 Удаленность от пиршества свидания с тобой не от меня, изгнанного,

 Это сделала злая судьба, от злой судьбы все это - недалеко. 67

 

 Мавлана Мухаммед Шариф происходит из знатных арабов-нумейри; благодаря природным способностям проявил отменные качества. Он прекрасно писал как крупно, так и мелко и был полностью наделен другими талантами, как-то в резьбе печатей: он резал по сердолику стилем насталик также хорошо, как писал. Военная доблесть и храбрость - у него врожденные.

 Мир-Имад происходит из сеидов - "сейфи" стольного города Казвина, из признанных мастеров в письме. Он пишет крупно и мелко, то и другое прекрасно и со вкусом. Из Казвина он ушел в путешествие в Хиджаз. 68

 Мир Халилаллах происходит из сеидов наивозвышеннейшего сана области Бахарз. В священном Мешхеде - усыпадьнице имама Ризы - на покоящегося в ней тысяча тысяч благословений, милостей и благожеланий! - он обучался и упражнялся в услужении мастера эмир-сеид-Ахмеда 69, - ему милость божия! - его письмо чрезвычайно красиво, щеголевато и со вкусом. Он прибыл совместно с хаканом, завоевателем стран, тенью бога, из Хорасана в Ирак; остановившись на некоторое время в Кашане, оттуда он направился в Индию; в настоящее время он в Индии 70.

 Мавлана Мухаммед Багир-хурдэ происходит из Кашана, брат поэта мавлана Максуда 71, хороший писец, не плохо работает.

 Мавлана Малик Ахмед - один из признанных писцов, он хорошо пишет крупное и мелкое. Он уединился в Кухистане, в городе правоверных Куме, где и занимается писанием.

 Мавлана мир-Хусейн, избравший прозвище "Сахви". Его отец был тавризским седельным мастером, у него же появилось стремление к письму и упражнениям, он и занялся этим делом, пишет прозрачно и чисто. После злосчастного румийского междувластья и разрушения стольного города Тавриза он прибыл в Кашан, там поселился и теперь занимается стихотворством. Эти стихи принадлежат ему:

 

 Страсть дошла до такой степени, что если бы то не было [признаком] неверия,

 Я поклонился бы тебе и говорил: "это - мой бог". 72

 Диковинное состояние, что приносит влюбленному ночь разлуки:

 Не спать и видеть сотни смутных снов. 73

 

 Хаким Рукна, [настоящее] его имя Рукн-и-Масуд, происходит из медицинской благодетельной семьи. Великие его предки и деды были из числа государевых врачей, приближенных ко двору - прибежищу халифата. Он также по традиции сопричислен к числу врачей дивана, наделен полным талантом и отменными качествами. Он вполне овладел стилем насталик, прекрасно пишет, чрезвычайно приятно и со вкусом; талантлив и совершенен в разного вида стихах, как-то: газель, касида, кита, рубаи, месневи. Ранее уже случилось отмечать обстоятельства и блестящие [их] стихи в книге "Маджма аш-шуара ва манакиб аль-фудала". Эти стихи принадлежат ему:

 

 Мученически-убиенный твоим томно-пьяным взором имеет такое качество,

 Что во время воскресенья из мертвых встанет также пьяным ото сна. 74

 

 И еще:

 

 Кто не умер в тоске по той дружбе, не является мужем. 75

 Как может умереть своей смертью муж в [этом] мире?

 

 И еще: это конечные стихи из его "Ширин и Хосров":

 

 Так полон наслажденьем мир от той сахарной улыбки,

 Что в воздухе увязла нога мухи. 76

 Если мне местом жительства станет ад,

 То и ад придет в остолбенение от [пламени] моей груди.

 Если хлопок моей отметины станет нитью свечи,

 То сколько бы ее ни тушили, - опять загорится. 77

 

 Мавлана Шамс-ад-дин Мухаммед Катиб родом из области Бистам; они учились у покойного мир-сеид-Ахмеда. Большую часть жизни он провел в Герате. Он - из признанных писцов и мастеров. В настоящее время находится в стольном городе Казвине в цветущем китаб-ханэ шаха, тени всевышнего, обладает полной близостью и почетом, имеет содержание и титул.

 Мавлана султан-Хусейн Туни является учеником мир-Мухаммеда Хусейна Бахарзи, хорошо владеет почерком насталик, как мелким [видом], так и средним. Он был известен в Хорасане, оттуда прибыл в Ирак, находится в стольном городе Казвине, занят перепиской. 78

 Мавлана Низам ад-дин Али Риза Табризи. Ранее немного было упомянуто о его достоинствах среди мастеров стиля сульс, но так как в его натуре заложены были такие свойства, чтобы быть выдающимся времен и редкостью эпох в искусстве письма насталиком, и благородная его природа склонилась к этому, то он начал упражняться в том [письме], в короткое время стал мастером, письмо довел до такой высоты, до которой ни у кого не достигает рука, возложил на высокую арку. У него больше большего времени для развития, еще остаются дни юности. Его копировка стиля мавлана мир-Али неотличима [от подлинника]. А то, что проистекает от их калема, рассыпающего драгоценности, с каждым днем проявляется отчетливее. Время украшено его высокощедрым существованием. Вот стихи в хвалу ему:

 

 Каждый, кто видел письмо Якута,

 Покупал каждую букву за один мискаль золота;

 Если бы Якут увидел его письмо,

 Он купил бы каждую букву за сто мискалей золота. 79

 

 Беспредельны прославленные добродетели и похвальные качества тех сливок времени и единственного эпохи. В течение двух 80 лет они были спутником и сопутешественником хану времени в Хорасане и Мазандеране, а теперь они пребывают на придворной службе у шаха мира, тени всемогущего, в стольном городе Казвине. Там они работают кита и писания для того наивысочайшего превосходительства, внешним видом похожего на луну, величественного, как планета Венера, проницательного, как планета Меркурий, и стремительного, как планета Марс. Войдя в состав придворных, они постоянно пользуются почетной близостью в раеподобных, украшенных вечностью, собраниях и августейших небесноподобных заседаниях; они - в кругу самых близких, среди наделенных щедрыми милостями, прославлены и возвеличены безграничными любезностями, подарками и ласками. Есть надежда, что преуспеют в достижении всякого успеха и высоких степеней, всегда будут предметом попечения того удостоившегося внимания всевышнего отпрыска пречистых имамов. Иногда они помышляют о стихах; это рубаи от плодов его размышления:

 

 С тех пор, как от огня любви к тебе мое сердце стало кебабом,

 Постоянно идет из глаз и сердца соленая вода.

 Покой и страсть к тебе - дело тщетное;

 Терпенье беспокойного сердца - рисунок на воде.

 

 Мавлана Ниматаллах - один из детей чтеца Корана в священном, высоком, пречистом Мешхеде. Отец его был чтецом в том достойном небес святилище; также и он сам в этом искусстве бесподобен, мастер чтения. Он хорошо пишет насталиком. Вначале он обучался в священном Мешхеде у мастера эмир-сеид-Ахмеда, затем в стольном городе Казвине он упражнялся в услужении у мастера времени мавлана Али Риза Табризи и, развившись подле них, обладает многими совершенствами. Он также хорошо сочиняет стихи. Эти стихи принадлежат ему:

 

 Да будет запретным для тех очей наслаждение лицезрения тебя,

 Ибо знакомит сон с мечтой о тебе;

 Из монастыря я опять иду к каабе,

 Я - из людей истины, не из людей аллегории,

 С душой на ладони, с сердцем в рукаве я иду

 По направлению к тебе с тысячью нужд, слабостей и молений. 81




1)Алам ара, 124, упоминает его в числе мастеров насталика; Тухфэ-и-Сами, 82, сообщает об его искусстве составлять загадки

2)Умер в 1435 (Journal Asiatique, 1862, pp. 275-277, n. 1); был известен как художник, музыкант, поэт и каллиграф

3)Тухфэ-и-Сами: Баба Джан работал по кости

4)Тухфэ-и-Сами, 48, дает также высокую оценку каллиграфическим способностям мир-Сани

5)В тексте пропуск

6)Размер: хазадж

7)Мирза-Абд аль-Хусейн ибн-мир-Фасих вел свое происхождение от султана династии Кара-коюнлы-Джихан-шаха 1437 (841)- 1467 (872); при шахе Тахмаспе и Мухаммеде Худабандэ он занимал высокое служебное положение, как и его родственник мирза-Сати (Алам ара, 111); мухтасиб - одна из высших полицейско-религиозных должностей

8)Под "постройкой Джиханшахи", очевидно, следует разуметь выстроенную Джихан-шахом мечеть (В. В. Бартольд. Историко-географич. обзор Ирана, 147) и службы. Алам ара, 111, сообщает, что мирза-Абд аль-Хусейн жил в месте Джиханшахиэ, носившем название Музаффариэ

9)Размер: рамал. Двойная хронограмма, заключающаяся в числовом значении букв, составляющих выражения "страсть к стихам" и "волнения любви"; "страсть к стихам" = 300+6+ 100+300+70+200 = 976, что соответствует. 1568/69 г. н. э.; второе выражение, долженствующее составить ту же цифру, в тексте читается, как "тавр любви", очевидно, ошибка переписчика; следует читать:"волнения любви" = 300+6+200+70+300+100 = 976

10)Бахарз - один из районов Герата

11)О мир-Сании см. В. В. Бартольд. Мир-Али-Щир и политическая жизнь, сб., 1928, стр. 162

12)Размер: четырехстопный хазадж

13)Размер: рамал

14)Рубаи

15)Ars Islamica, v. .II, p. I, A1bert Gabrie1. Le mesdjid-i-djuma d'Isfahan указывает на наличие в исфаханской мечети надписи, датированной 1531/32 (938) г. и имеющей подпись Камал ад-дин Хусейн из Герата

16)1556/57 г. Согласно Huart, 232, он умер в 1566/67 (974)

17)Шараф-намэ, II, 169, без указания имени; Зейн аль-абидин, 252-б, указано имя "Мухаммед"; у Huart, 234, ошибочно "Хайдар"

18)Huart, 234: дата смерти Салим Катиба 1582 (990) г.

19)размер: рамал

20)Huart, 238: "Васики".

21)размер: хазадж

22)Упомянут Алам ара, 126

23)Размер: камал

24)Huart, 220: Айши происходил из Тавриза и, был учеником Касим Шадишаха

25)Размер: хазаджа

26)Текст испорчен

27)Текст испорчен

28)Текст испорчен

29)1568/69 г

30)Тест на миниатюре, фраза не закончена

31)Размер: мукариб

32)Имя человека, славившегося красноречием

33)Очевидная описка; слова "пятый том" относятся к Хуласат ат-таварих

34)Название сочинения Авиценны

35)Размер: музари

36)Размер: рамал

37)Размер: музари

38)Размер: музари

39)Размер: рамал

40)Размер: музари

41)Хаджэ-Хусейн Санаи, сравниваемый с поэтом XII в. Хакани, происходил из Мешхеда, он носил, по Алам ара, 121, прозвище Хорасани

42)Тухфэ-и-Сами, 153, упоминает о поэте Харфи, однако тожество отца, упоминаемого в Тухфэ-и-Сами и в нашем тексте, не может быть подтверждено

43)Прозвище известного поэта XIII в. Джалал ад-дин Руми

44)Тухфэ-и-Сами, 104: ум. в 1535/36 (942) г.

45)Размер: музари

46)Разумеется шах Исмаил I и его отец Хайдар

47)Размер: мутакариб

48)Кольцо, носимое стрелками из лука на большом пальце правой руки

49)Разумеется Фархад

50)Текст неисправен

51)Шах Исмаил умер в возрасте 37 (Алам ара, 33) или 38 лет (Тухфэ-и-Сами, 38/9)

52)Рубаи

53)Рубаи

54)23.II.1577 г.

55)Поэт Абди упомянут в каталоге Ch. Rieu (Supplement № 307) в качестве подражателя Саади; умер в 1580 (988) г.; место его происхождения не указано

56)Каррар - прозвание Али

57)Наименование пророка Мухаммеда

58)Размер: хафиф; Хронограмма заключается в числовом значении букв, составляющих слова: "убит Ибрахим" = 20 +50 +400 +5+1 +2+200 + +1+5+10+40 = 984, что соответствует 1577 г

59)Упомянут Алам ара, 125

60)Размер: музари

61)Рубаи

62)1586/87 г

63)Алам ара, 125, упоминая Мухаммеда Хусейна и восхваляя его работу, делает любопытную оговорку: "хотя письмо мастеров насталика, каким пишут в Ираке и Азербайджане, в глазах мастеров Хорасана не имеет больших достоинств"

64)1587/88 г. Алам ара, 125, дает весьма высокую оценку его работе: "поистине в Ираке не встречалось писца подобного ему, а также в это время не было и в Хорасане", и жалуется на редкость работ мастера, которые в большинстве были вывезены и проданы за большую цену. Huart, 235, сообщает со слов использованного им автора каллиграфического трактата о нахождении мастера в Исфахане в 1586/87 (995) г.; здесь же приводится дата его смерти 1603/04 (1012) г.

65)"Колесник"

66)Упомянут в Алам ара, 126, как сын скорохода Мухаммеда и внук скорохода Али

67)Размер: рамал

68)Huart, 239-242, подробно дает биографию этого первоклассного мастера. Мир-Имад вначале учился живописи у художника Иса в Казвине, затем перешел к мастеру Малик Дейлеми, а оттуда уехал в Тавриз, где целиком отдался каллиграфическим упражнениям под руководством мастера Мухаммед Хусейна. С разрешения своего учителя он отправился в Турцию, затем вернулся в Хорасан, посетил Герат и прибыл обратно в Казвин. В 1599/600 (1008) г. он избрал своей постоянной резиденцией Исфахан. Биография кази-Ахмеда останавливается на моменте отъезда мастера в Хиджаз, - б. м., это эпизод из известного по другим источникам рассказа о поездке в Турцию?

69)Huart, 243, называет его учеником Махмуда ибн-Исхак

70)Huart, 243, дает подробную биографию мастера, из которой явствует, что кази-Ахмед знал Халилаллаха как младшего современника: по отъезде в Индию мастер уже при шахе Аббасе I был затребован в Иран. Известен спор между ним и мир-Имадом о превосходстве пера. После длительного пребывания в Иране мастер вторично вернулся в Индию, где и умер в Хайдарабаде в 1626 (1035) г.

71)Упомянут в Тухфэ-и-Сами, 146, под именем Максуд-и-Каши

72)Размер: муджтасс

73)Размер: рамал

74)Размер: хазадж

75)Размер: муджтасс

76)Размер: хазадж

77)Рубаи

78)Huart, 221, указывает, что он работал в китаб-ханэ Фархад-хана

79)Размер: хазадж

80)Фраза написана на миниатюре

81)Размер: хазадж

Предыдущая       Следующая
Оглавление

 
 


Besucherzahler sex search
статистика посещений

Hosted by uCoz